Отрывок 20

За какие-нибудь два-три часа батальон разорвали на три части. А теперь его собрать нелегко. Но надо действовать. Размышлять некогда. Надо немедленно послать за Филимоновым (он со средствами усиления составлял почти половину нашего батальона). Его надо вернуть. Как он бежал туда, так пусть бежит и обратно.

Но «Арыган атка камшынын сабыда ауыр».

А моих теперь и тяжесть иглы может сбить с ног...

Всякий казах любит промчаться верхом. А нашему Джалмухаммету Бозжанову — политруку пехоты — с самого начала войны не часто выпадал случай вложить ногу в стремена, натянуть поводья. Он всегда с восторгом и детской завистью смотрел, когда я посылал Лысанку с места в галоп. Иногда подбегал и гладил морду и шею запыхавшейся лошади, водил ее за узду и что-то успокаивающе говорил ей.

Бозжанов на Лысанке, Синченко на Гнедом помчались вдогонку Филимонову. Я остался без коня и коновода.

Когда время не терпит, командира выручает «спеши с умом», когда глаз не видит, — топографическая карта.

Мы с командирами вошли в первую попавшуюся избушку.

Она оказалась пустой, отдавало запахом лекарств. Рахимов навел луч карманного фонарика на углы комнаты: на полочках отсвечивали какие-то склянки, бутылки.

— Видимо, товарищ комбат, мы попали в аптеку местного ветеринарного пункта, — сказал он.

Я вынул из планшета карту.

Коричневые линии на карте показывали рельеф местности.

Левый берег реки Ламы круто возвышался над правым, и далее подъем плавно сходил на нет, а линия, обозначавшая вершину, представляла собой почти правильный эллипс площадью около полутора-двух квадратных километров. Далее спуск был отлогим; в конце спуска сидела «муха» с надписью «Тимково».

Эту высоту с отметкой «240,3» местные жители, никогда не видавшие настоящей горы, называли «Горой Тимково», как и любую сопку (в нашем, казахском понятии) под Москвой величают «горой».

Эта «гора» действительно возвышалась (по-военному — господствовала) над окрестностью.

hqdefault.jpg
hqdefault.jpg
hqdefault.jpg

20

ЗА НАМИ МОСКВА! ЧИТАЕМ ВМЕСТЕ

НОЧЬ