Отрывок 89

Деревянный домишко, в котором мы сидели, вдруг заходил ходуном, посыпалась штукатурка, зазвенели стекла, затрещали косяки.

— Что это такое, Хаби?

— Бомбят, товарищ комбат...

Мы вышли на улицу. Гудели немецкие самолеты. Они звеньями шли с запада, против солнца, разворачивались, пикировали. Падали черные грушевидные бомбы, вздымались смерчем взрывы над Горюнами. Вдруг над самым лесом, со стороны Шишкина, прорезая воздух, с шелестящим свистом пронеслись тройка за тройкой маленькие наши истребители.

— Вот и наши! — вырвалось у Рахимова.

— Ребята, товарищи! Наши идут, наши идут! — слышались из окопов возгласы бойцов.

Истребители, как бы вынырнув из гущи леса, задрав носы, с протяжным воем взвились вверх, описывая дугу, мигом очутились над эскадрильей бомбардировщиков, разворачивающихся под прикрытием косых солнечных лучей, зашли им в хвост и открыли огонь.

Бомбардировщики, не доходя до того места, откуда они обычно шли в пике, рассыпались в разные стороны, беспорядочно сбрасывая свой бомбовый груз над лесом. Наши не отставали от бомбардировщиков, преследуя их, словно ястреб стаю гусей.

Один из неуклюжих немецких бомбардировщиков сначала качнулся с крыла на крыло, потом завилял, заметался и, припадая на левое крыло, пошел вниз.

Он рухнул на поляне у железнодорожной будки и взорвался, а остальные, прижимаясь к лесу, преследуемые нашими истребителями, ушли в направлении на Волоколамск...

Не успели мы перевести дух и еще раз взглянуть друг на друга, как снова раздался гул. Мы вскинули головы, ища в небесном горизонте самолеты: «Опять немец, или наш?» На сей раз тройками, шестерками шли наши бомбардировщики в сопровождении истребителей. Они шли над Шишкином, над Горюнами, над Матренином. Самолеты развернулись над районом Рождественское — Ядрово — Дубосеково и, отбомбившись, ушли в юго-восточном направлении, а вслед за ними прошмыгнули наши штурмовики, поливая пулями и мелкими бомбами след наших бомбардировщиков.

— Видно, наши решили авиацией упредить наступление противника, — сказал Рахимов.

Прошло несколько часов в напряженном ожидании наступления противника.

— Ну теперь, товарищ старший лейтенант, кажется, наш черед приближается, — сказал подполковник Курганов, слезая с коня.

Как бы в подтверждение его слова, разразилась громовая канонада артиллерийских залпов. Противник начал артиллерийскую подготовку. Взрывы вздымались впереди, в лесу. В воздухе зашуршало, зашелестело, заворковало, засвистело — на нас неслись вражеские снаряды. Мы едва успели укрыться в узкой траншее. Один за другим три залпа обрушились на Горюны. Тяжело ухнули взрывы, качнулись, сверкнув молниями, черные столбы, земля посыпалась мерзлыми комьями на голову. Дым, пыль, огонь заволокли деревню.

— Да он, подлец, метко угодил, — сказал Курганов, отряхивая с себя землю. — Думаю, он ведет огонь пока по площадям, у него наблюдателей впереди нет. Мы оказались под шальными залпами.

«Нечего сказать, «шальные залпы!» Если раз пять так продолбит, и прятаться некому будет, не то что дорогу держать», — промелькнуло у меня в голове.

На окраине села горели два сарая и дом. На пожаре распоряжался Борисов. — Раненых много? — спросил я его.

— Четверо, легко...

— Значит, наши траншейки пригодились? Как хорошо, что людей из деревни вывели! — сказал Рахимов.

— Я пойду на огневую, — сказал подполковник, — Если наши наблюдатели засекли какую-нибудь батарею противника, прикажу подавить ее.

...Противник пошел в атаку. Наши встретили его огнем. Лес ожил трескотней ружейных выстрелов и пулеметных очередей. Шли немецкие цепи. Наши, прижав их к земле, перебегали к следующим позициям. Рота танков обгоняла залегшую цепь пехоты и на коротких остановках прочесывала лес огнем из пулеметов; иногда танки изрыгали беглый огонь из своих пушек.

Передовые части противника натыкались на наши минные поля и лесные завалы. Два танка подорвались на противотанковых минах. Немцы насторожились, но шли.

За нами оставалась последняя линия заграждений, за ней — поляна, в середине которой расположены Горюны.

Я попросил подполковника Курганова держать дорогу под огнем, а Танкову и Бозжанову приказал немедленно отвести людей к Горюнам и Матренину, не задерживаясь на последней линии заграждений.


hqdefault.jpg
hqdefault.jpg
hqdefault.jpg

89

ЗА НАМИ МОСКВА! ЧИТАЕМ ВМЕСТЕ

ПОДПОЛКОВНИК КУРГАНОВ