Отрывок 186

Тут генерал рассмеялся и отставил зеркало в сторону.

— Виталий Иванович, — тепло обратился он ко мне, — я вам должен рассказать один довольно интересный случай. Вы должны знать о нем.

— Я вас слушаю, Иван Васильевич.

— У Елина я забрел как-то на передний край. Идем. В окопе скучилось целое отделение. Подошли, поздоровались. Я предложил бойцам сесть. Сам тоже сел, спрашиваю: «Как настроение, товарищи?» Все почему-то потупились, молчат. Я повторяю... Тут сержант, их командир отделения, поковырял носком сапога землю, потом поднял голову, испытующе посмотрел на меня и говорит:

— Коль вас, товарищ генерал, интересует наше настроение, разрешите доложить по-честному?

— Вот именно, докладывайте по-честному, — говорю я.

— Настроение, товарищ генерал, неважное!

— Почему?

— Надоело сидеть в окопе и ждать, откуда и когда стукнет фашист.

— Надоело, товарищ генерал, — вставляет другой боец. — Надоело оставлять позиции за позициями, отходить!

Тут Елин хотел было вмешаться:

— Вы что генералу...

Я его остановил жестом руки.

— Правильно, честно вы говорите, товарищи. Продолжайте, пожалуйста!

— Продолжать-то нечего, товарищ генерал, — смущенно говорит сержант, — если чего не так сказали, извините нас.

И все. Разговор прервался. Признаться, я чувствовал себя неловко. Я не спросил фамилии ни у сержанта, ни у красноармейца.

— Почему, Иван Васильевич?

— Опасался, как бы они не подумали, что их накажут... Я, Виталий Иванович, неопытный генерал. В генеральском звании воюю впервые, но я опытный рядовой, ефрейтор, младший унтер-офицер, фельдфебель первой империалистической войны, я опытный взводный и ротный командир гражданской войны. Против кого я только ни воевал! Белополяки, Деникин, Врангель, Колчак, басмачи... Но я немного отвлекся, — признался генерал, — хотя иногда не мешает оглянуться и подытожить пройденный путь... Красноармейцы, младшие командиры, командиры взводов и рот — это, я бы сказал, настоящие «производственники», труженики на поле боя. Ведь именно они и творят по-рабочему, по-крестьянски победу в ближнем бою. Именно от их сознательности, патриотического чувства, воинской стойкости и боевой страсти зависит претворение в жизнь общего замысла боя или операции, разработанной высшим командованием. Наше с вами счастье, Виталий Иванович, что наши бойцы — это крепкие, идейно вооруженные советские люди... И вот мы, наверно, скоро перейдем в наступление. Значит, наступательный дух в нас сидит крепко. Наши неоднократные поражения не сломили этот дух! И это очень отрадно! Я хочу встретиться с тем сержантом и с тем красноармейцем в наступлении и спросить их: «Ну, теперь как, богатыри, себя чувствуете?»




hqdefault.jpg
hqdefault.jpg
hqdefault.jpg

186

ЗА НАМИ МОСКВА! ЧИТАЕМ ВМЕСТЕ

ГИБЕЛЬ ГЕНЕРАЛА