Отрывок 128

...Рахимов отлично ориентировался на местности как днем, так и ночью, но он уехал и не вернулся. Командир нашей головной роты Филимонов был не особенно силен в вопросах топографии, а наши взводные лейтенанты, досрочные выпускники Ташкентского и Алма-Атинского пехотных училищ, были слишком молоды и малоопытны.

Во главе головного дозора стал я сам (всякий военный поймет, что значит командиру батальона идти во главе головного дозора). Шли осторожно, медленно. Я держал за пазухой топографическую карту и компас. На каждом повороте сличал карту с местностью, определял азимуты.

Наступила ночь. Тьма-тьмущая. Просека вывела нас к большаку. Для того чтобы попасть на следующую просеку, по другую сторону большака, надо было пройти километра два по большаку, занятому противником. По нему шли танки, мотопехота, — видимо, какое-то соединение спешно подтягивалось к линии фронта. Мы стояли в лесной чаще, смотрели, как проходят колонны. Приближался топот ног — шла пехота. Посланная разведка донесла, что другая пехотная колонна идет километрах в двух-трех от места нашей стоянки. Мы вышли на большак и пошли за первой немецкой колонной в пятистах — шестистах метрах.

Когда мы прошли километра полтора, мимо нашей колонны промчался мотоцикл с коляской, и офицер, сидевший в коляске, поравнявшись с головой колонны, выкрикнул:

— Der Oberst hat befohlen, keinen Marschalt bis zum Bestimmungsort!

— Прибавить шаг, — шепотом передали мою команду по колонне.

Я шел по левой стороне большака, вплотную к кювету, чтобы не прозевать просеку.

Мы дошли до просеки и свернули влево.

Когда мы углубились в лес, немцы спохватились. Видимо, преследовать нас они не решились, а провокационно кричали:

— Товарищи! Не туда вы пошли! Вернитесь обратно!

Минут через десять взвилось несколько осветительных ракет, и немцы бросили несколько тяжелых мин в лес, в нашу сторону.






hqdefault.jpg
hqdefault.jpg
hqdefault.jpg

128

ЗА НАМИ МОСКВА! ЧИТАЕМ ВМЕСТЕ

СНОВА К СВОИМ